Воскрешение сына наинской вдовы

После сего Иисус пошел в город, называемый Наин; и с Ним шли многие из учеников Его и множество народа.

Когда же Он приблизился к городским воротам, тут выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова; и много народа шло с нею из города.

Увидев ее, Господь сжалился над нею и сказал ей: не плачь.

И, подойдя, прикоснулся к одру; несшие остановились, и Он сказал: юноша! тебе говорю, встань!

Мертвый, поднявшись, сел и стал говорить; и отдал его Иисус матери его.

И всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой.

Лк. 7:11-16

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодняшний евангельский отрывок, как и все воскресные чтения, нам хорошо знакомо. Но сегодня я хотел бы предложить вам прислушаться к тому, что Христос говорит сыну наинской вдовы. Христос повелевает ему: «Дитя моё, тебе говорю — встань!» Мальчик мой, проснись!

Это повеление почти слово в слово совпадает с тем, что Христос говорит умершей девочке, дочери Иаира. И мы уже привыкли к тому, что Христос говорит на языке воскресения, употребляя самые обычные слова. Поэтому чаще всего мы на них не обращаем внимания. Но каждый раз, когда Он говорит о пробуждении или о том, что нужно встать, это становится неким пророчеством о том, что произойдет с Ним самим. Это пророчество о всеобщем воскресении. Речь здесь идет о самом интересном и о самом важном в христианстве — о воскресении.

И в том и в другом случае, в случае дочери Иаира и сына наинской вдовы, Христос сначала обращается со словами повеления к тем, кто остался в живых, прежде всего к родителям. Иаиру он говорит: «Не бойся, только веруй!» Окажи доверие! Дерзай! Не бойся! Сегодня он говорит матери ребенка: «Не плачь!» Перестань рыдать!

Как вы себе представляете, что в этот момент звучит в голосе Христа? Звучит какая-то твердость, решительность. Может быть, тень упрека: перестань плакать.

Повеление перестать рыдать перекликается со сценой в доме Иаира, где профессиональные плакальщицы воют, как сирены, согласно обычаю. И Христос произносит те же самые слова: «Не плачьте!» Перестаньте выть!

Эти слова приобретают необычный резонанс, который нужно почувствовать в собственном сердце.

«Не бойся» звучит как слово, заставляющее очнуться, прийти в себя. Мы чаще всего погружены в какой-то сон жизни, бываем загипнотизированы несчастьем, нашими страхами, нашими привычками, чувствами. Бывает достаточно лишь небольшого толчка в спину для того, чтобы понять: всё, что с тобой происходило, в реальности выглядит совершенно иначе, чем ты себе представлял. В словах Христа, быть может, содержится упрек, но вместе с тем призыв проснуться, призыв к надежде.

Эти слова по-настоящему начинают звучать в сердце в тот момент, когда мы соприкасаемся со страданием. Каждый из нас знает тот терпкий вкус тоски, когда переживаешь боль утраты, когда умер любимый человек или наступает момент болезненной разлуки, когда переживаешь крушение сокровенной мечты, когда жизнь теряет смысл и вкус, когда уходит радость… И если в этот момент прозвучит голос Христа, что вы услышите в Его голосе, в этом повелении «Не плачь»? В Его голосе будет глубокое спокойствие и какая-то неотразимая сила. В этих словах может прозвучать упрек, но непременно будет надежда.

В момент, когда ты охвачен смятением или горем, очень важно сохранять присутствие духа. Нашей печали и нашим слезам предстоит пройти сквозь очищение, сквозь обращение. Они должны претвориться во что-то другое. Именно для этого Христос говорит «Не плачь!». Потому что слезы могут быть не совсем доброкачественными. Можно упиваеться своим горем, слезами, своей болью, и более того — иногда мы пытаемся других вовлечь в это безумие, в этот сон, и это никому не нужно. Поэтому в этот момент рядом нужен кто-то, кто способен рассеять гипноз, вернуть к реальности. В этом голосе звучит не только упрек, не только повеление, но прежде всего надежда.

Кто из нас посмеет плачущей матери, которая провожает на кладбище своего единственного сына, которая пребывает в неизбывной муке, сказать нечто подобное? Разве что у вас самих есть сила утешить или устранить саму причину этого несчастья.

Слова Христа сегодня звучат, как исполнение древних пророчеств. Пророк Исайя говорит: «Поглощена будет смерть навеки, и отрет Господь Бог слезы со всех лиц (Ис. 25:8), апостол Павел процитирует эти слова в несколько измененном виде: «Будет поглощена смерть» (1 Кор. 15:54).

Бывают ли моменты, когда слезы действительно оправданны и необходимы? Когда Христос идет на Голгофу, Он видит иерусалимских женщин, которые оплакивают Его участь. И Он говорит: «Дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших» (Лк. 23:28). Бернард Шоу говорил, что для него это самое убедительное доказательство того, что Христос — истинный Бог. Тот, кто в момент смертной муки способен думать не только о себе, но о горе других людей, — больше, чем человек. Такие слова может произнести только Бог. «Не обо Мне плачьте, но о себе и детях ваших». Ведь когда люди плачут, сталкиваясь со смертью, чаще всего они плачут потому, что в этот момент им больше всего жалко самих себя. Христос всё трезво оценивает и расставляет акценты на свои места.

Единственный момент, когда слезы абсолютно оправданны и Христос не торопится их отирать — это слезы покаяния при оплакивании собственных грехов. Слезы в этот момент действуют как лекарство души: вместе с ними выходит недуг, вместе с ними уходит грех и совершается исцеление. Это слезы, которые, например, проливает мама блаженного Августина, Моника, над своим сыном, чтобы ее чадо не погибло. И в самом деле, не может быть, чтобы дитя стольких слез погибло.

Отец Александр Шмеман, прощаясь со своими прихожанами, в своей последней проповеди говорит такие слова: «Кто способен к евхаристии, кто способен благодарить, тот достоин спасения». Конечно, немедленно возникает тревожный вопрос: а человек, который не способен к благодарению, не достоин спасения? Он сказал то, что сказал. Быть может, самая спасительная способность, которая дана человеку, — это способность испытывать благодарение. Когда Слово Бога, обращенное к тебе, или просто доброе слово другого человека, улыбка, взгляд, находит ответный отклик, порождает ответное чувство. Где этого не происходит, там мы имеем дело с тупым потребительством, там нет чуда. Слова и жесты остаются чем-то внешним и бесплодным. Но бывают моменты, когда по-настоящему происходит встреча. Подаренная доброта, жест любви, встречает ответный отклик, благодарение, евхаристию.

Апостол Павел говорит, что грех вошел в этот мир в тот самый момент, когда Слово Божие перестало восприниматься как слово дарующее, как слово, которое дает и создает реальность. Когда слово-дар начинает восприниматься как слово повеления, закона. «Не вкушай, иначе умрешь» — это слова любви и благословения. Но здесь возникает существо, которое переворачивает их смысл, как в испорченном телефоне. Слово дающее превращается в слово закона и повеления (Рим. 7:10).

Сегодня, когда Христос говорит «не плачь», или «проснись», или «встань» — это не слова, которые звучат как простое сотрясение воздуха. Слово, которое произносит Бог, творит новую реальность, это слово дающее.

Евангелие не является словом о Боге, это слово Бога, это не просто рассказ о воскресении, это воскрешающее слово. Христос говорит «встань» — и в этот момент дает силу воскреснуть. Он говорит «не плачь» — и в этот момент в глубине ты вдруг обретаешь неведомую тебе силу превзойти всё то, что переживаешь в данный момент. Быть может, увидеть всё происходящее с высоты вечности. Это то чудо, к которому приглашает отец Александр Шмеман, к чуду евхаристии, когда слово Христа вдруг становится словом живым, словом услышанным, словом воскрешающим, словом дарующим, творящим новую реальность. Аминь.

24.10.2021. Неделя 18-я по Пятидесятнице

---

Напоминаем, что все наши служения ведутся на добровольные пожертвования.

Вы тоже можете помочь нам!

[leyka_campaign_form id=»27713″]